РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА
И ФИЛОСОФИЯ:
пути взаимодействия
Доклад Т.Г. Магарил-Ильяевой «Гностические мотивы в творчестве раннего Ф.М. Достоевского»800px vasily perov   %d0%9f%d0%be%d1%80%d1%82%d1%80%d0%b5%d1%82 %d0%a4.%d0%9c.%d0%94%d0%be%d1%81%d1%82%d0%be%d0%b5%d0%b2%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%b3%d0%be   google art project
Семинар
с 24 ноября по 24 ноября
В докладе были  выявлены  и проанализированы гностические мотивы в ранней прозе Ф. М. Достоевского.  Т.Г. Магарил-Ильяева рассматрела гностицизм в двух аспектах: как доктрину и как особый способ мировосприятия,  обращаясь в своем сообщении  к определению некоторых ощущений и чувств, свойственных гностицизму, и к конкретным структурам, описывающим мироустройство в гностическом мифе. Особый акцент в работе был сделан на ощущении расколотости и раздробленности как центральном нерве гностицизма. Подробно рассматрена тема отчужденности героев как следствие раскола. Также в докладе были  исследованы  такие важные гностические мотивы, как пленение души в оковы плоти, жизнь в матери как сон, страсть как нарушение целостности, пробуждение ото сна как возвращение к истинной природе. В докладе проанализирован  путь молодого Достоевского, начиная с написанного им в 1838 году письма брату, в котором он констатирует свое душевное состояние как крайне подавленное, проникнутое гностическим пессимизмом, и до создания произведения «Маленький герой», ознаменовавшего собой открытие пути к восстановлению божественного потенциала, заложенного в человеке.
Доклад Юлии Анохиной "Философские начала книги стихов «Сумерки» Е.А. Боратынского" на четвертом заседании научной группы проекта007
Доклад О.В. Шалыгиной «Опыт описания философии писателя в чеховедении: итоги и перспективы» на третьем заседании научной группы проекта 6a00e54fe4158b883301543684e950970c
Семинар
28 июня
Проблема изучения философии писателя связана, прежде всего, с выбором исследовательской стратегии и четким пониманием, на каком с точки зрения каких философских предпосылок проводится исследование, совпадают ли эти основания с основаниями картины мира художника, есть между ними "зазор", или мы интуитивно экстраполируем свои не осознаваемые представления о мире на мировоззрение писателя и художественные миры, созданные в его произведениях. Возможны варианты описания художественной системы: когда поиск аксиоматики ведется "извне" художественной системы, а ее основания опознаются как "схожие", "подобные" и т.д. Прежде всего, это характерно для "синхронного" описания, когда привлекаются распространенные, признаваемые в качестве доминирующих в тот или иной исторический период философские системы, философские взгляды. Многочисленны также случаи описания философии писателя, которые условно можно обозначить как "асинхронные", когда по желанию исследователя выбираются те или иные философские основания, и на выявлении этих философских оснований в творчестве писателя строится исследование. Второй способ описания художественной философии (предположительно должный обозначаться как "изнутри") лучше всего выражен формулой "автор устами своего героя", и в качестве инструмента анализа философского содержания проведения и философии автора пользуется широким распространением. Методологически обоснованно проблема описания философии писателя начинает решаться в случае осознания "столкновения" оснований картины мира исследователя и картины мира писателя, а также, возможно, и описание динамики тех или иных оснований становления художественной картины мира. Это варианты осознанного моделирования картины мира писателя, учитывающие принцип нераспространения своих философских взглядов на объект исследования.
Доклад Т.А. Касаткиной "Неизбежность филологии: проблема доступа к философии и богословию писателя и поэта" на втором заседании научной группы проекта180px dostoevsky 1879
Семинар
1 июня
Невозможность прямого доступа к богословию и философии писателя странным образом не осознается до конца (а иногда не осознается совсем) исследователями, пытающимися выявить эти якобы «составляющие» его художественного творчества. Главная проблема здесь заключается в том, что богословие и философия писателя в тех случаях, когда о них стоит говорить всерьез, ни в коем случае не являются вычленимыми «составляющими» его творчества, они являются фундаментом его творчества и одновременно последним синтетическим «посланием» его творчества, итогом созданного им художественного целого, проявляющимся на каждом уровне этого художественного целого. В силу чего философию и богословие писателя оказывается невозможно «выписать» из текста и предъявить в качестве готовых, содержащихся в тексте формулировок. Их можно только восстановить кропотливым филологическим анализом, учитывающим и раскрывающим все возможные уровни, на которых смысл закладывается автором в текст. В докладе предпринята попытка показать, каким образом мы получаем доступ к богословию и философии «Мужика Марея» и «Записок из подполья» Ф.М. Достоевского.